В детстве я была “правильной” девочкой: окучивала землянику летом, носила шапку зимой и влюблялась в неправильных мальчиков круглый год.

Да-да, в тех, кто срывал уроки, бил окна и бегал по гаражам. Но они не обращали на меня внимания. Хотя нет, был Вася Петушков. Он ухаживал по классике: прятал учебники, ставил подножки и бросал дохлых жуков в мой ранец. По количеству насекомых я поняла, что ему нравлюсь.

В свободное от романтики время Вася залезал в лифтовые шахты и там прыгал с лифта на лифт. Но первому нашему свиданию не суждено было состояться. Родители узнали об экстремальных увлечениях сына, быстро собрались и переехали в неизвестном направлении.

Я долго не могла забыть первую любовь и отшивала хороших мальчиков. Я мечтала встретить своего смелого принца с опасным хобби. Такого, как Вася.

Время шло, я стала писать статьи для глянца, появились деньги на модную одежду, и плохие мальчики стали обращать на меня внимание. Моим принцем оказался Егор. Он открыл для меня мир подземных речек, секретных бункеров и секса в шахте метро. Мы встречались два года, но впечатлений хватило на всю жизнь. Теперь я обхожу экстремалов стороной. И у меня на это есть пять причин.

Опасно для жизни

Экстремалы любят заигрывать с судьбой. Но играть в одиночку скучно, потому что никто не увидит их подвиги. Для опасных тусовок нужна компания. Все, как в советском мультике: “вдвоем бояться веселее”.

Начала встречаться с отчаянным мужчиной? Готовься стать его боевой подругой и экстриму на полную катушку: начиная от штурма трехметровых заборов и заканчивая поездкой на скутере по маршруту Москва — Владивосток.

Мой Егор долго звал меня побродить по туннелям метро. Но есть правила, которые нельзя нарушать: никогда не встречаться с поэтами, не давать взаймы мужчинам и не бегать по рельсам метро.

Пропустив поезд, мы спрыгнули с платформы и помчались по тоннелю. Незабываемые впечатления. По прямой надо было преодолеть метров семьсот. Но что-то пошло не так, и через несколько секунд я почувствовала напор воздуха. Егор скомандовал “давай быстрее”, но я понимала, что добежать мы не успеваем.

А вот и свет фар. Мы отпрыгнули и вжались в стену. Как раз там, где высоковольтные провода. На языке диггеров это называется “превратиться в метрощетинку”. Никогда не забуду, как поезд пролетел в полуметре от меня. Да, конечно это адреналин. И друзья диггеры рассказывали, что лучший секс у них был в тоннеле метро. Но стоят ли эти острые ощущения такого риска?

Мне повезло, я отделалась легким испугом и грязной одеждой. Но известны менее счастливые случаи.

Туманные перспективы

Больше всего эти отчаянные ребята боятся однообразия. К сожалению, семейная жизнь не всегда похожа на яркий праздник. Поэтому экстремалы избегают серьезных отношений. Офисные будни и любая ответственная работа — тоже не для них.

Пока я встречалась с Егором, он поменял кучу профессий. Инструктор фитнес-центра, курьер, прораб на стройке, повар в китайской лапшичной, сотрудник квеста — это еще не полный список.

Новое занятие быстро надоедало. Егор увольнялся, несколько дней грустил и дальше находил себе новую подработку. Он верил в светлое будущее не меньше, чем наши бабушки с дедушками. Но только в отличие от них не горел желанием трудиться. Жизнь по тарифу “эконом” его вполне устраивала.

У подруги Лены отношения вообще превратились в зал ожидания: ее мальчик — тоже любитель подземных речек — лет пять готовился сделать ей предложение.

Если ты ищешь новых впечатлений, “экстремальная любовь” — как раз то, что нужно. Если же мечтаешь о шумной семье, просторном доме и новой скатерти, то лучше выбери себе парня посерьезнее.

Комфорт им только снится

Встречаешься с экстремалом — забудь об уютных кафешках, свежем ремонте и новой мебели. И дело не в скромных финансовых возможностях.

Отчаянные парни относятся к уюту так же, как многоуважаемый Виталий Милонов к людям нетрадиционной ориентации. В лучшем случае они обходят друг друга стороной. Ужин в модном ресторане и отдых в пятизвездочном отеле (трехзвездочном, что уж там) наводит на них уныние. Во всех приличных локациях эти суровые парни будут сидеть с хмурым видом и мечтать “заточить” шаурму из местной палатки.

Так же радикально экстремалы отмечают праздники. Как-то я побывала на дне рождения питерской девушки-руфера (от англ. слова roof — крыша, руферами называют людей, покоряющих крыши и другие высоты). Пати происходило на крыше дома с видом на Невский проспект.

С одной стороны, все это романтично и красиво. С другой — пластиковые стаканчики, сухарики “Кириешки”, а в финале бег по крыше от полиции. Удовольствие на любителя.

Жизнь на вулкане и петарды в ванной

Не ведись на горящий взгляд экстремала и его дружелюбную улыбку. Через несколько минут его настроение резко меняется. Из милого Гарри Потера парень превращается в беспощадного Дарта Вейдера. И так каждый день (у нас такое тоже бывает, но только в период ПМС).

Все объяснимо даже без британских ученых: бои без правил (ребята любят подраться), прыжки без страховки и езда без шлема не лучшим образом влияют на психику.

Моя подруга Аня познакомилась со скалолазом Максимом. Через месяц они стали жить вместе у Ани в квартире. Казалось, что в уютной двушке на Борисовских прудах наконец-то поселилась любовь. Но бонусом к Максиму прилагались его постоянные истерики, сломанные двери, разбитый айфон и — как апофеоз безумства — взорванная в ванной петарда.

Хочешь приручить такого парня — запасись терпением и медицинским дипломом. Он тебе пригодится. Это точно.

Решать проблемы придется самой

Я никого не хочу обидеть, но экстремалы в большинстве своем создают видимость решительных парней. Смотришь на такого смельчака и думаешь: “Как он ловко подрезает волну (гоняет на маунтинбайке, плавает с аквалангом, прыгает в пасть к крокодилу — нужное подчеркнуть). С этим мужчиной я буду как за каменной стеной”.

Так думала и моя знакомая Надя, когда выходила замуж за мотогонщика Антона. В начале семейной жизни было много секса, тусовок и шампанского по вечерам.

Но с рождением ребенка рок-н-ролл закончился. На смену ему пришли ежедневные заботы, от которых Антон дезертировал на свои тренировки. Бытовые проблемы — это скучная рутина. Да и вообще не мужское (в понимание Антона) занятие.